Понедельник, 26.07.2021, 01:52

Приветствую Вас Гость | RSS

Главная » 2012 » Май » 27 » Удастся ли привлечь в шахты молодежь ростом производительности труда, а не зарплат?
23:56
Удастся ли привлечь в шахты молодежь ростом производительности труда, а не зарплат?

На круглом столе "Долгосрочная программа развития угольной промышленности до 2030 года: перспективы для молодых специалистов” признали, что в угольной отрасли нарастает дефицит квалифицированных кадров. Основная причина, по которой молодые специалисты не идут в шахты, - низкие зарплаты. Тем не менее, в качестве мотивации для работы на производстве выступающие предлагали почему-то рост производительности труда, а вовсе не запланированный рост зарплат. Представитель же Росуглепрофа говорил о том, что далеко не все предприятия испытывают дефицит молодых кадров, а программа долгосрочного развития отрасли пока не имеет надежных механизмов реализации.

 16 мая в рамках международной практической конференции "Технологические и эколого-экономические проблемы добычи и переработки угля” в Московском государственном горном университете состоялся круглый стол на тему "Долгосрочная программа развития угольной промышленности до 2030 года: перспективы для молодых специалистов”. Мероприятие носило отчасти пропагандистский характер. Участники не скрывали, что хотели бы видеть гораздо больше молодежи в угольной промышленности.


"Сейчас в угольной отрасли нарастает дефицит квалифицированных кадров, особенно молодых инженерно-технических работников, - сказано в докладе Анатолия Яновского, заместителя министра энергетики (сам чиновник не смог посетить круглый стол). - Лишь 10% выпускников горных университетов идут работать по специальности. Не происходит обновления кадров. Причина в низких заработных платах. Из-за этого падает престижность профессии”.

 Между тем, по уверениям участников круглого стола, уже в 2030 году в результате реализации долгосрочной программы развития угольную промышленность должен ожидать расцвет. Ко времени окончания долгосрочной программы развития угольной промышленности предполагается, что внутреннее потребление угля возрастет с 176 млн тонн (2009) до 220 млн тонн (2030), а экспорт увеличится с 107 млн тонн до 170 млн тонн.


ИНВЕСТИЦИИ

 - В результате действия долгосрочной программы производительность труда должна увеличиться минимум в 3,5 раза, - уверен генеральный директор ЗАО "Росинформуголь” Анатолий Скрыль. - Размер инвестиций в угольную отрасль должен увеличиться до 900 млрд рублей в год. При таком темпе инвестиций к 2030 году будут полностью обновлены все производственные мощности. Увеличится добыча угля на Дальнем Востоке. А 80% угля будет перерабатываться, будет повышаться калорийность добытого топлива. За счет обработки сократится объем перевозок на железнодорожном транспорте, а соответственно, и расходы.


Между тем, по мнению Александра Лиманского, директора Центра по экологии горного производства Национального научного центра горного производства "ИГД им. Скочинского”, недостаточно просто закупить новое оборудование. Надо развивать собственное угольное машиностроение. Также, по мнению Лиманского, нужно учиться делать деньги и на отходах - к 2030 году следует вовлечь в оборот уже не менее 45% отходов угольной промышленности: угольной крошки, угольной пыли, природного камня, гравия, песка, глины.

 По мнению же другого эксперта, нельзя сосредотачивать все инвестиции лишь на оборудовании:

 - Сейчас мы отстаем от США в шесть раз по производительности труда, а к концу программы рассчитываем увеличить производительность в 4 - 5 раз, - отмечает Юрий Плакиткин, заместитель директора Института энергетических исследований РАН. - Между тем, практика показывает, что сколько инвестиции ни наращиваются, производительность труда не увеличивается. Все потому, что эти инвестиции неверно направлены. Нужно вкладывать деньги и в новые технологии, и в людей. Если взять для сравнения те же США, то они в шесть раз больше нас тратят на "живой труд” и в шесть раз меньше нас - на "овеществленный труд”.

ПРОБЛЕМЫ ОТРАСЛИ

 Среди основных проблем, сдерживающих развитее угольной промышленности, были названы низкая цена на газ, повышение цен на транспортировку угля и снижение внутреннего потребления.


- Сейчас мировые цены на уголь упали на 15 - 20%, потому что уголь в замедленном режиме отражает динамику цен на нефть, - сообщил Александр Ковальчук, генеральный директор ООО "Институт конъюнктуры рынка угля”. - Внутренние цены упали меньше. Но именно внутренний рынок - наша ахиллесова пята. У нас слишком большая территория, следовательно, большая стоимость транспортировки. И есть большие запасы газа - конкурентного товара. Сейчас задача-минимум - это сохранить экономическую нишу для угля. А потом уже думать о ее расширении. Хотя шансы для расширения есть. Япония, к примеру, отказывается от ядерной энергетики, и у нас появляется шанс на увеличение рынка сбыта.

 Впрочем, Юрий Плакиткин считает, что у угля на внутреннем рынке нет конкурентов. Зато на международном угольном рынке конкурентов у России хоть отбавляй:

 - Наиболее острая конкуренция у нас с Австралией и Индонезией. И на руку нашим конкурентам играют наши тарифы на железнодорожные перевозки. Австралия и Индонезия в основном перевозят уголь дешевым водным транспортом. А у нас в стоимости угля лишь 40 - 50% - это стоимость производителя. Остальное - железнодорожный тариф.

 При этом одним из самых важных факторов, сдерживающих рост российской угольной отрасли, по-прежнему является низкий уровень техники безопасности труда. Смертельный травматизм у нас в полтора раза выше, чем в Польше, и в семь раз выше, чем в США.


КАДРОВЫЙ ВОПРОС

 - Вы много сказали о производительности труда, - наконец не выдержал один из "молодых специалистов”, которых уличили в нежелании идти на производство. - А зарплата? Как планируется увеличить зарплаты? Чем вы собираетесь заманивать в шахты?

 - Зарплата - не целевой показатель программы, - отрезал один из выступающих на мероприятии.

 - Было бы странно сейчас давать прогнозы о зарплатах, - поддержал другой.

 И лишь один из присутствовавших экспертов смог сказать что-то конкретное: "При достижении показателей программы есть возможность повышения зарплат в 3,3 раза. В этом случае мы достигнем уровня оплаты труда в развитых странах”.

 Сомнительно, чтобы такая мотивация стала убедительной для молодых специалистов. Не говоря о том, что целевые показатели долгосрочной программы развития отрасли не сулят молодому специалисту гарантий занятости. К 2030 году численность занятых на добыче угля планируют сократить с 172 тысяч до 48 тысяч человек.

 Более того, один из "ожидаемых результатов” программы - "развитие системы аутсорсинга”...


МНЕНИЕ ПРОФСОЮЗОВ

 - Утверждение, что увеличение заработной платы не является целевым показателем программы, не соответствует действительности, - комментирует заместитель председателя Росуглепрофа Рубен Бадалов. - Увеличение зарплат запланировано. Так же как и сокращение численности персонала. Другой вопрос, что цифры эти иллюзорны. Начнем с того, что сама программа - рамочная. Она говорит о целях, приоритетах, но реально действующими механизмами пока не подкреплена. Для того чтобы угольная отрасль развивалась такими темпами, который заложены в программе, нужны меры со стороны правительства. Меры, которые стимулировали бы работодателя, преференции.

 Казалось бы, стоит ли воспринимать всерьез программу, которая, по сути, является скорее стратегией, а не конкретным планом мероприятий? Бадалов пояснил, что профсоюз как раз приложил немало усилий, чтобы эта программа появилась:

 - В девяностых годах мы столкнулись с тем, что правительство даже примерно не представляло, сколько стране нужно угля, сколько нужно шахтеров. Не было никакого представления, стоит ли развивать угольную отрасль и в каком направлении это развитие осуществлять. Программа долгосрочного развития же показывает и возможности, и перспективы отрасли. И на основе этой программы можно уже договариваться с социальными партнерами, обоснованно требовать от них принятия тех или иных конкретных решений.

 Как говорит зампред Росуглепрофа, рост зарплат и сокращение персонала, обозначенные в программе, "также иллюзорны, и не имеют ничего общего с практическим положением вещей”:

 - Эти цифры появились незатейливым арифметическим путем: "Раз производительность вырастет в пять раз, то и персонала потребуется в пять раз меньше”. На деле все происходит не так. Образно говоря, если вместо тысячи работников с лопатами покупают экскаватор, то останется не один экскаваторщик. Останется его сменщик, его банщик, его повар, ремонтная бригада... Хотя, конечно же, нас тревожит нездоровый интерес работодателя к аутсорсингу. Впрочем, если смотреть на аутсорсинг как на разделение труда, в идее нет ничего плохого. В принципе, обособление бюджета, скажем, бани или столовой целесообразно и даже дает этим предприятиям свободу и новые возможности. Но на практике аутсорсинг в России - это катастрофа! Это бандитизм, а не аутсорсинг! В столовой сразу начинают кормить неизвестно чем... Автобусы, занимающиеся доставкой работников до шахты, постепенно задирают цены до неимоверных... В итоге работодатели сами неоднократно признавали, что терпят убытки от такого "аутсорсинга” (например, от пищевых отравлений работников) и что старая схема была надежнее.

 С тем же, что в угольной отрасли не хватает притока молодых кадров, Рубен Бадалов согласен лишь отчасти:

 - Проблема существует. Угольной отрасли вообще нужно больше молодых специалистов, ведь у нас досрочные пенсии, и чаще происходит смена персонала. Но назвать эту проблему массовой нельзя. В 2011 году средняя зарплата рабочего персонала составляла 28 тысяч, средняя зарплата ИТР - 43,5 тысячи, а средняя зарплата административно-управленческого персонала - 61,5 тысячи рублей. Но в нашей отрасли очень велика дифференциация средних зарплат по предприятиям. Где-то люди получают 100 тысяч рублей, а где-то - 12 тысяч. Низкие зарплаты в Рязанской области, на Русском Донбассе. У предприятий с хорошими зарплатами проблем со специалистами нет. А за 10 тысяч идти под землю и нести ответственность отказывается не только молодежь. Что же касается того, что выпускники не идут работать по специальности... Это скорее проблема федеральных вузов и разрушенной системы трудоустройства выпускников. Из вузов, расположенных в районе добычи угля, работать по специальности идут многие.

Полина САМОЙЛОВА

"А”-СПРАВКА

 Будущее энергетики

 Прогнозы Министерства энергетики гласят, что к 2030 году в России ожидается (в сравнении с показателями 2005 года):

 - снижение доли газа в потреблении первичных топливно-энергетических ресурсов с 52% до 46 - 47%;

 - увеличение доли нетопливных источников энергии в потреблении первичных топливно-энергетических ресурсов с 11% до 13 - 14%;

 - масштабное снижение удельной энергоемкости экономики и энергетики (в 2,1 - 2,3 раза) при незначительном росте внутреннего потребления (в 1,4 - 1,6 раза), экспорта (в 1,1 - 1,2 раза) и производства энергоресурсов (в 1,3 - 1,4 раза).

* * *

Статистика

 Россия располагает значительными угольными ресурсами: более 4000 млрд тонн. Преобладающую долю ресурсов составляет энергетический уголь - 3641,9 млрд тонн (89%) и только 445,6 млрд тонн (11%) - коксующийся уголь.

 Основная доля угольных ресурсов сосредоточена в Сибири (64%) и на Дальнем Востоке (30%), в европейской части России и на Урале (6%). Количество разведанных запасов угля, пригодного для открытой отработки, на 1.01.2008 составляет 117,6 млрд тонн, из них преобладает бурый уголь - 93,4 млрд тонн. В Сибири и на Дальнем Востоке сконцентрированы 99% этих запасов. Запасы коксующегося угля, пригодного для отработки открытым способом, по подсчетам составляют 3,2 млрд тонн (главным образом Кузнецкий и Южно-Якутский бассейны).

solidarnost.org 25.05.2012

Просмотров: 401 | Добавил: vopeople | Теги: Угольная отрасль России 2012 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0